Чем больше проходит времени, тем меньше способность провести четкое различие между природой, которой еще не коснулся человек, и природой, полностью оказавшейся под его властью. С того момента, как окружающая среда начала восприниматься только в качестве ряда полезных ископаемых, сложно обнаружить ту часть на земном шаре, на которой природа сохранила свой первоначальный вид. Далее на kharkiv.name.
Впрочем, существуют явления, которые могут быть предметом вдохновения, несмотря на свой вполне искусственный характер, и одним из таких является карьер.
Наш регион, вместе с разнообразием природных памятников, живописен и через уже рассмотренный объект ландшафта.
Формирование, известные в эпоху палеолита
Сначала пару слов о структуре карьера, и как он образуется. Стандартно его определяют как совокупность горных выработок, образуемую в процессе добычи полезных ископаемых именно открытым способом.
Ошибочно можно подумать, что для формирования карьера необходима технологическая мощность, известная ХХ и ХХІ векам. Однако открытые горные работы имеют место еще в эпохе палеолита. Тогда появление первых крупных карьеров было напрямую связано со строительством пирамид в Древнем Египте.
Впрочем, техника со временем менялась, а с ней система. Современные карьеры, как правило, представляют ряд уступов – из них верхние являются породными или вскрышными, в то время как нижние – добычными. Такой порядок обеспечивает извлечение горной массы в пределах поля карьера.
Что касается транспортных связей, то их обеспечивают постоянные или скользящие съезды, в то время как те, что соединяют с поверхностью, осуществляются благодаря траншеям.
Благополучие, которым злоупотребляют
Харьковская область имеет большой потенциал добычи песка, поскольку общая площадь, которая из него составлена, достаточно велика. На фоне истории региона известны многочисленные случаи нелегальных работ, которые уничтожали леса, чтобы на их территории организовать очередной карьер. Обеспокоенность по поводу данных действий с особой страстью выражали экоактивисты и простые жители, которых возмущало изуродование родной среды.
Так, в августе 2009 года разворачивается конфликт между жителями района Жихорь и водителями КАМАЗов, что массово вывозят песок. Чем больше – тем шире разрастается карьер, а с этим и ярость тех, кто живет рядом.
Впрочем, данный скандал становится результатом затяжной попытки решить проблему более цивилизованным путём. Местное население обращается ко всем возможным инстанциям, однако это не останавливает процесс нелегального вывоза песка из прилегающих к микрорайону территорий.
Очевидцы указывают на недопустимость размеров, сравнивая масштабы карьера с площадью Свободы. В конце концов, полные жажды справедливости, они устраивают бессрочную забастовку в ответ.
К ней присоединяются как местные жители, так и экологи. Во главе последних стоит пресс-секретарь экологической группы “Печеніги”, Олег Перегон.
Ситуации не дает остыть и тот факт, что только вокруг Жихоря насчитывается около 7 незаконных карьеров.
Некоторые протестующие обнаруживают их в часто посещаемых туристами местах – например, у пляжей Основянского гидропарка. Это, в свою очередь, становится источником серьезной опасности. Человек может не заметить место открытой добычи ископаемых и провалиться – вряд ли стоит подчеркивать, насколько риск в случае с детьми увеличивается.
Жить рядом с кладбищем природы
Проведение пикетов не останавливает желающих набить свой кузов песком. Разве что теперь они это делают еще быстрее – чтобы никто не успел зафиксировать номер машины.
Темпы операций набирают обороты таким образом, что для наполнения грузовика песком и последующим выездом необходимо всего-навсего минут 10.
Организация деятельности напоминает что-то первобытное: прибитый к дереву умывальник со стоящим поблизости корпусом телевизора образуют так называемую “кассу”. За ней – человек, взимающий плату за сыпучее ископаемое, а рядом – огромный экскаватор, насыпающий песок.
Такая незаконная деятельность сконцентрирована в Харьковском и Червонозаводских районах. А разрастаться ей и дальше способствуют органы внутренних дел, что не отслеживают ситуацию систематично – кто копает и куда везет песок.
Даже если прибегают к рассмотрению дела, то заминают его достаточно быстро. Так, когда в Жихорь выезжала прокуратура за обращением местных жителей – была определена площадь карьеров. Материалы передали, но расследовать нарушения так и не продолжили.
Впрочем, ущербы, нанесенные природе, которые насчитывают жители Жихоря – многочисленны. Так, один из них – Сергей Николаевич, рассказывает, что разработка карьера уничтожает и деревья. Нарушители ломают их – в частности, сосны, которым около 70-80 лет, и вывозят с целью продать. Другие же служат дорогой – например, молодые ели, заботливо выращенные лесниками.
Нельзя не осознавать ужаса совершенных преступлений, даже если не смотреть на песчаные глубины, которые становятся шире с каждым днем. Жить рядом с карьером жителям Жихоря становится невыносимо и из-за отсутствия ограждающих конструкций, что огранивают пропасть. Ибо малейший ветерок провоцирует бурю, а из-за непосредственного раскапывания у местного населения из колодцев течет вода.
Неуловимость зла
Попытка наказать виновных превращается, наконец, в замкнутый круг. Обращение к государственной экологической инспекции оказывается безрезультатным – там о проблеме знают и даже выезжают на вызовы. Однако изменить положение не могут, поэтому избирают путь проще – переложить ответственность на правоохранительные органы.
Однако Андрей Нерета, заместитель начальника государственной экоинспекции Харьковской области, рассказывает, что найти нарушителей закона непросто, даже несмотря на осведомленность о фактах и месте преступления.
На это влияет и недостаточная принудительная сила – люди отказываются показывать собственные документы, а прямой вопрос “кто вы?” отвечают: “никто!”. В худшем случае просто разворачиваются и уезжают прочь от карьера.
Таким образом, необходимая принудительная сила воплощается в задержании лиц и дальнейшей оперативно-розыскной деятельности – а это уже, в свою очередь, полномочия правоохранительных органов.
Круг деятельности экоинспекции сужается и в основном представляет собой простую фиксацию причиненного вреда. Андрей Нерета рассказывает, что к исполненному долгу относится подсчет государственного ущерба из-за нецелевого использования земли и самозахвата участка.
В содержании нарушения объясняется, в частности, что земли, на которых производится добыча песка, являются собственностью лесного фонда – поэтому не предназначены для разработки карьера.
Для заместителя начальника государственной экоинспекции ситуация в Жихоре представляет скорее очередное звено в цепи преступлений, которыми изобилует 2007 с 2008 годами. Только за этот промежуток в нашем регионе было возбуждено около 6 уголовных дел. Их общая сумма составила два миллиона гривен, однако Андрей Нерета уверяет, что компетентные органы уже принимают решение о возбуждении уголовного дела касательно ситуации в Жихоре.
Учитывая масштабы нелегальной добывающей деятельности, становится ясно, что открытое уголовное дело так и останется на бумаге. И борьбу за сохранение своей среды придется вести именно его жителям.